Юрий Нестеренко

Лоскутное одеяло

Небо тряпкой половой
Нависает над Москвой -
Ты не вейся, черный вторник,
Над моею головой.

Снизу грязь и сверху грязь,
Смотрит житель, матерясь,
Как с гноящегося неба
На Москву сочится мрась.

Он не любит серый мрак,
Только мне и житель враг -
Он, мятежный, просит снега,
Потому что он дурак.

Снег - не меньшая беда,
Холода гнусны всегда,
Скучно жить на белом свете -
И на сером тоже, да.

Я не Байрон, не Гомер -
Я противник полумер.
Я писал уже об этом,
Но уж больно мил размер.

Видя серость на дворе,
Я сижу в своей норе,
Если хочешь удавиться,
Приезжай к нам в ноябре.

Впрочем, надо бы всерьез
Климатический вопрос
Порешать иным макаром,
Как сказал один матрос:

"Вот уйду я с корабля,
На плечо весло взваля,
Там, где спросят: "Что за штука?" -
Там и жить останусь, блин!"

Так бы сделать, всем назло,
Но не злит меня весло,
А шагать с зонтом и шубой
Далеко и тяжело.

Географию кляня,
Я витийствую три дня,
И измученный читатель
Уползает от меня.

Стой! Проверь в календаре -
Я созвучен сей поре:
Если маяться, то в мае,
Если ныть, то в ноябре.

Но в России, ной не ной,
Не спасут ни май, ни Ной,
Остается только выбор
Эксклюзивных параной.

Позабыть бы про страну,
Предъявить бы шиш окну,
Да зарыться в одеяло -
На три метра в глубину.

Но действительность, увы,
С неизбежностью Москвы
Настигает, накрывает
Сразу выше головы.

Город дрожи и зараз
Окружает без прикрас...
А в Сахаре тоже плохо,
Но о том - не в этот раз.

ноябрь 2005
http://yun.complife.ru/